Ловля на тюкалку. Небольшое путешествие в прошлое

Сегодня, в начале второго десятилетия двадцать первого века, кажется, что снасти наших отцов и дедов, родом из СССР, ушли в прошлое безвозвратно. Листая старые издания, типа «Настольной книги рыболова», невольно улыбаешься пространному повествованию о том, как своими руками отлить мормышку, или изготовить блесну. Это давным-давно никому не нужно, ибо полки магазинов ломятся от всевозможных рыболовных снастей. Вопрос экономии средств в этом вопросе также неуместен. Вы никогда не сможете уложиться в ту сумму, при изготовлении, скажем, блесны, что и наши трудолюбивые китайские товарищи. Но, иногда, на рыбалке возникают ситуации, когда приходится вспоминать о снастях своего детства. Об одной такой рыбалке я и хочу рассказать.

Река Ворскла, являясь левым притоком Днепра, протекает по территории Сумской и Полтавской областей Украины, зацепляя краешек и самой Полтавы. В рыболовном отношении, Ворскла никогда не была чем-то замечательной рекой. Населенная, как и прочие притоки Днепра, типичным видовым составом наших рек, Ворскла представляла рыболовный интерес только в случае нежелания ехать куда-либо еще, например, на Днепр. В реке водятся традиционные: плотва красноперка, верховка, окунь, голавль, щука, сом. В местах со слабым течением, встречается серебряный карась и лещ. Учитывая небольшие глубину и ширину реки, вся эта рыба крайне редко достигает значительных размеров, и полтавские рыболовы, в основной своей массе, предпочитают преодолеть 100 км, и рыбачить на берегах Днепра.

Лето 2011 года на Украине выдалось крайне жарким. Каждые выходные люди устремлялись из душных городов к берегам водоемов. Вот и я, с приближением очередной пятницы, задумался, где провести с семьей уик-энд. Вероятность внепланового вызова на службу не позволяла ехать куда-либо далеко от города, и на небольшом совете приняли компромиссное решение: выезжаем за город на Ворсклу. Решение устраивало всех: жена могла принимать солнечные ванны, сын – половить плотвичек и красноперок, ну а я – проявить чудеса походной кулинарии под холодное пивко. Сказано – сделано.

Вечер пятницы застал нас уже на живописном обрывистом берегу реки. К самому берегу подходил сосновый лесок, в котором мы и установили палатки. Ворскла, петляя среди небольших, поросших лесом, холмов, имела здесь ширину около 80 метров, глубину от 1.5 до 2 метров, и достаточно сильное течение. Левый берег – обрывистый, поросший лесом. Правый – низинный, с зарослями камыша и рогоза.

Пока я занимался костром, сынишка достал свою проводочную удочку, нацепил опарышей, и отправился добывать пропитание для семьи. Не вдаваясь в излишние подробности, скажу, что к вечеру субботы, улов составлял едва ли два десятка небольших плотвичек, верховок и пескарей. Попытки ловить фидерной снастью и спиннингом, также остались незамеченными рыбой. Клев отсутствовал категорически. Собственно, удивительного в этом ничего не было. Второй месяц изнуряющей жары, падение уровня воды, в следствие чего, дно можно было увидеть практически везде, заставили рыбу скатываться поближе к полноводным просторам Днепра. Лишь только стаи упитанных голавлей чувствовали себя комфортно, и неспешно патрулировали кромку водной растительности.

Попытки выловить этих красавцев при помощи микро-джига остались безуспешными. Вот тогда я и вспомнил, как будучи еще пацаном, ловил голавлей на «тюкалку».

В рыболовном ящике отыскался кусок авиамодельной резинки, метра три длинной.

Выбрав из имеющихся удилищ небольшой спиннинг, с тестом от 40 г, прицепил к концу лески, через вертлюжок, резинку. Отступив от места соединения лески с резиной сантиметров двадцать, способом «петля в петлю» прикрепил поводок, около метра длинной.

Пока сын отправился на ловлю наживки, которой должны были служить кузнечики, стрекозы и прочая летающая живность, я выбрал подходящий крутой изгиб реки, с обрывистым берегом. Стараясь не шуметь, вогнал у кромки воды на одной стороне излучины крепкий полутораметровый колышек. К нему и привязал конец резинки. Выбравшись наверх, понемногу стравливая леску, отошел на противоположную сторону обрыва. Таким образом моя снасть соединяла два берега крутого поворота реки, а поводок находился примерно посередине небольшого омута, образовавшегося на изгибе русла.

Нацепив на крючок кузнечика, я улегся в траву и, стараясь оставаться максимально незаметным, «тюкать» кузнечиком о воду. Как и следовало ожидать, первыми наживкой заинтересовались мелкие голавлики, граммов до ста. Они атаковали наживку сходу, не делая пробных подходов. При поклевке было нужно пригнуть к воде кончик удилища, давая рыбе небольшую слабину, а через пару секунд сделать подсечку. За два часа вечерней рыбалки нашей добычей стали восемнадцать голавликов, большая часть которых, ввиду малого размера, отправилась обратно в воду. Самый крупный в этот день голавль, клюнувший уже в сумерках, потянул на 330 грамм.

Весь следующий день, мы с сыном и временно примкнувшей к нам женой, предавались увлекательной ловле. Азарт, желание перехитрить осторожную рыбу, которую прекрасно видно в воде, заставили забыть обо всем на свете. В числе пойманных рыб оказалось три приличного размера красноперки, и – «трофей» этого дня – голавль на 800 грамм.

Вот так, возврат к давно забытой снасти, позволил получить весьма приличный улов, при совершенном бесклевье.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.